Письма

колядаВчера, перебирая коробки со старыми записями, нашла письма Коли Коляды, датированные  84-87 годом. Так получилось, что учась в Уральском университете на факультете журналистики, я жила у него по рекомендации моего мужа, с которым Коля в свою очередь  учился в литературном институте в Москве.

Эти письма такие смешные: искренние, душевные, честные.

И очень – очень личные.

Я задумалась. Ведь какую смелость нужно иметь, чтобы публиковать свою переписку при жизни?

Нет, я не про фейсбук. Это совсем иное. Письма, написанные рукой, со знанием того, что предназначаются одному конкретному человеку, это не откровения в социальных сетях.

Если бы сейчас мужчины, которых я любила, вдруг решили бы опубликовать мои письма?  А я очень их любила писать. Честно, мне было бы стыдно и неловко. Потому что я сегодня другая. И с удивлением могу смотреть на себя ту, юную и глупую, с высоты сегодняшнего возраста и опыта.

Нет! Нет!

Боже упаси.

Не хочу, чтобы кто-то читал мои пылкие откровения.

Отправила в ФБ письма Николаю Коляде. Естественно, личным сообщением. Он сейчас весь заслуженный – презаслуженный. Можно так надувать щеки и говорить: “А вот было время, когда я у него жила, весной, случилось то-то и то-то”.

Мол, только я знаю великую тайну таланта известного человека. И так далее и тому подобное. Да, у меня есть воспоминания о Коле, которые я буду хранить всю жизнь. Он начинал писать при мне. Читал вслух свои первые произведения. Очень переживал, что слишком уж чернушно получается.

Очень много дорогих моему сердцу воспоминаний. Но это мои воспоминания. Наверняка, писатель, драматург, великий актер Николай Коляда их не помнит.

А Колины частушки я и сегодня пою на праздниках.

Все меня покинули,

скоро я умру.

Клизму мне поставили,

да не в ту дыру.

Или еще одна. Моя любимая.

Не забуду тот матрас,

На котором в первый раз,

За бутылку красного

Моя целка хрястнула

Простите, любители русского слова. Но здесь такая звукопись, что я восхищаюсь ей бесконечно. Потому слово из строчки выкидывать не буду. Это частушки, которым меня научил Коля, когда мы просто сидели вечером, он на своем троне, (списанный реквизит театра драмы) , я рядом на матрасе на полу. В доме  прямо напротив моего университета.

Возвращаясь к письмам.

Аккуратно убрала их в заветную  коробку. Уверена, что после меня их благополучно отнесут на помойку, потому что сегодня никто не будет трястись над бумажками ушедшего человека. Другое нынче время.

Пусть лежат в дальнем уголке на полке моей памяти. Вдруг когда-нибудь мне захочется их перечитать, чтобы вспомнить себя юной, вернуться в давно ушедшие годы.

Я с трудом вспоминаю фамилии людей, которые были со мной в это время, но очень хорошо помню весну и счастливого Кольку, который пришел вечером с букетом черемухи.

– Ты представляешь, я купил её целое ведро. Я дарил букет каждой женщине, которая проходила мимо. Это счастье – дарить! Какое это счастье  – дарить!

И мы ревели как две белуги, потому что была весна. Безумно пахло черемухой и счастьем.

Жаль, что мы перестали писать письма. Настоящие. Где видно, чего мы на самом деле стОим. Где мы не думаем, как мы выглядим, как нас оценят, что про нас скажут. Здесь все на одном дыхании, честно и без прекрас.

И тем не менее, я не хочу, чтобы публиковали мои письма.

Так и Колины письма останутся у меня как память.

Та, которая только наша.

Без интерпретаций и добавлений.

Ведь никто никогда не сможет оценить запах того букета черемухи, который еще более недели стоял в крохотной квартире Николая. Его могу оценить только я и те случайные и удивленные женщины, которые получили неожиданный подарок.

Вот и письма. Это  тоже подарок. Но не для всех.

Потому пусть лежат подальше.

И только время может решить, достойны мы их или нет.

Пусть лежат..

 

Запись опубликована в рубрике Я пишу с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *